Огни из Ада - Макс Огрей

– Подождите! Я немного отвлекся. Сейчас история дойдет и до вас. Может, вы сможете понять, в чем тут дело, – выражение лица Дмитрия было таким жалостливым, что Макс молча кивнул в ответ, разрешая продолжить. – И вот я работаю пожарным уже десять лет. И все было хорошо, зарплата устраивает, работа интересная, в общем, мечта сбылась, – он слегка улыбнулся. – И так было до того момента, пока нашу бригаду около месяца назад не вызвали тушить пожар у одной старой гадалки. К сожалению, пожилая женщина скончалась, и все ее имущество сгорело дотла.

Максим изменился в лице. Он обернулся и посмотрел внутрь своей комнаты, как будто ища пути отхода.

– И какое отношение я имею к этой гадалке? – напряженным голосом уточнил Макс.

– Честно говоря, я не знаю. Но вы послушайте дальше, это еще не все. Мы потушили пожар у гадалки. А когда начали проливать помещение водой, чтобы снова ничего не загорелось, я увидел, что на одной из стен за кусочком шпатлевки, отошедшим из-за высоких температур, что-то блестит. Конечно, я не смог удержаться и оторвал этот кусочек. Оказывается, в стене был сделан небольшой тайник, замазанный сверху шпатлевкой и краской. В общем, в том тайнике я нашел кусочек красного золота. – Пожарник достал из кармана свернутый носовой платок, положил его на ладонь и развернул. Внутри, действительно, оказался кусок золота странной формы, будто оно текло через край емкости, а потом быстро остыло.

Сердце Макса готово было выпрыгнуть из груди. Он уже видел очень похожее золото, тогда, с Огнивой, в подвале старой церквушки.

– И… и… Что же? Это не мое, – заикающимся голосом заговорил Максим. – Поздравляю вас с находкой.

– Как оказалось, поздравлять особо не с чем, – продолжил Дмитрий Крючков. – Взять это золото было моей первой роковой ошибкой. Конечно, я сначала обрадовался находке и оставил ее себе. До этого момента никому о ней не рассказывал, вы первый. Но радость моя быстро улетучилась. У меня появились постоянные мигрени, я стал плохо спать, часто просыпался по ночам и потом долго не мог уснуть. Пропал аппетит, и мне кажется, что у меня снова открылась язва желудка. А что самое главное, так это то, что во сне меня стал преследовать женский голос.

У Макса пересохли губы, он почувствовал, что нужно срочно выпить воды, но не стал перебивать мужчину, а просто тяжело сглотнул слюну. Тот продолжал:

– Каждую ночь меня преследует этот голос, который говорит мне, что я должен отдать свою находку. Поначалу я думал, что это моя совесть во сне призывает меня сделать честный поступок – сдать золото государству как клад и получить проценты. Но оказалось, это не так. Женщина, которая сама во сне не появлялась, а только звучал ее незабываемый голос и постоянно присутствовал запах табака, мне говорила, что я должен отдать находку некоему Максиму Соловьеву. – Дмитрий замолчал и немигающим взглядом уставился на Макса, который снова тяжело сглотнул. – Ну я же не дурак отдавать золото незнакомому человеку из-за того, что кто-то во сне меня просит, – продолжил пожарный. – Я не стал реагировать на ее просьбы, надеясь, что со временем все пройдет и она отстанет от меня. Я оказался неправ. С тех пор состояние моего здоровья постоянно ухудшается, и, как я уже говорил, я практически потерял сон. Поняв, что с этой находкой что-то не так, может, она радиоактивная или еще что-то в этом духе, я решил избавиться от нее. И спустя пару недель после злополучного пожара я выкинул этот кусочек в мусорный бак возле моего дома.

И тут я осознал, что это была моя вторая роковая ошибка. В те недолгие часы сна, которые еще мне удавалось урвать, ко мне стали приходить покойные родственники и друзья. И все они слезно умоляли забрать это золото из мусорного бака, иначе, говорили они, «она нас замучает огнем». На вопрос «кто она?» – не отвечали, а только лили слезы.

Наутро я забрал золото из мусора. Хорошо, что успел до приезда машины, которая вывозит отходы. Это принесло мне некоторое облегчение, но ненадолго.

Теперь каждую ночь ко мне приходят все покойники, которых я когда-то знал, и просят, чтобы я отдал золото Максиму Соловьеву. Я держался столько, сколько мог, но вот мое терпение лопнуло, и вчера я спросил у них, где мне найти этого Максима. И, представляете, они назвали именно ваш адрес. И чтобы я не забыл, написали мне на руке. – Пожарный поднял рукав рубашки, оголяя трясущееся предплечье, на котором багровели свежие раны. На руке ножом был вырезан адрес Макса. – Вот видите. Не подумайте ничего такого, это не я сделал, это все они. Я проснулся – адрес уже вырезан.

Макс не знал, что и сказать. Все это было похоже на проделки одной его знакомой, но она же ушла. Или нет?

– Вот! Я вам отдаю это золото. И прошу, умоляю, заклинаю, скажите им, пусть отстанут от меня, – Дмитрий протянул кусок золота Максиму. – Я хочу нормально спать, нормально питаться, в конце концов, нормально жить. Правду в народе говорят, от добра добра не ищут. Скажите мне, теперь я могу быть спокоен? Поклянитесь, что они уйдут. Я так больше не могу, я сойду с ума.

Максим машинально взял слиток и посмотрел на него, а потом на деда, который стоял, молча наблюдая эту сцену.

– Ох, Максимка, странно все это, – вздохнул Петр Леонидович. – Товарищ-то, похоже, не в себе. Уж не грех ли – отбирать у слабоумного богатство? Мне кажется, что он помешался от своей находки.

– Нет, нет, что вы, – затряс головой пожарный. – Берите, заберите это от меня, не хочу больше его видеть, – он поднял голову и сказал в потолок: – Ну все? Я отдал ему золото, теперь я свободен?

Конечно, ему никто не ответил, но он интерпретировал тишину как знак согласия и удовлетворенно кивнул.

– А мне что с ним делать? – машинально спросил Макс.

– Я не знаю, спросите у… – Дмитрий сделал паузу, – не знаю у кого. Это теперь ваша проблема, а мне уже пора. – и он мелкими шажками попятился назад. – Только прошу, скажите им, пусть отстанут от меня. Договорились? Ну пока!

Дмитрий Крючков шмыгнул в дверь, выбежал на лестничную площадку и дальше, вниз по лестнице, помчался как ветер. Вскоре в подъезде стихло, и дед Максима закрыл дверь на замок.

– Очень странный товарищ, – произнес дедушка, разглядывая кусочек золота на ладони внука. – Что будешь с ним делать?

– Пока не знаю, нужно хорошенько подумать, – ответил Макс и неторопливо направился в свою комнату.

Он сел на диван и стал наблюдать, как переливается при дневном свете подарок странного человека. Посмотрев пустым взглядом в экран работающего телевизора, Макс снова уставился на кусочек красного золота. Затем он взял его двумя пальцами и поднес к глазам. Золото красиво поблескивало.

Максим Соловьев снова положил подарок незнакомца на ладонь. И вдруг почувствовал, что ему становится некомфортно. Все его нутро закричало: «Брось!» Стало невыносимо держать слиток в руке, и молодой человек положил золото на кровать рядом с собой. Сразу же дрожь в руках прошла, чувство тревоги исчезло. Он решил еще раз прикоснуться к слитку, самым кончиком указательного пальца, но не смог – палец уперся в невидимую преграду.

Максим уловил в воздухе знакомый запах дорогого табака и услышал где-то совсем рядом, возможно, даже в его комнате, звонкий женский смех.

Примечания

1

Оставь надежду, всяк сюда входящий (итал.) – заключительная фраза текста над вратами ада в «Божественной комедии» Данте Алигьери.